Записи с темой: не (список заголовков)
17:49 

И еще я знаю, что когда твой подлинный цвет рвет тебя изнутри, можно завернуться в десять слоев белого или черного, ничего не поможет. Все равно что пытаться заткнуть водопад носовым платком.©
Полли вытащила меч и подняла на уровень груди, крепко держа обеими руками. Она слышала шаги. Солдат ещё не подошёл вплотную, но он приближался. Может быть, удобный выступ, на который они выбрались, входил в излюбленный маршрут патрульных. В конце концов, с горечью подумала Полли, именно это и должно было случиться с необученными идиотами. Противник вообще мог застать их врасплох...

Полли закрыла глаза и попыталась дышать ровно. Вот оно, вот оно, вот оно. И тут до неё дошло...

... Помни, помни, помни... когда встретятся сталь и плоть... будь тем, кто держит сталь.

Она ощутила стальной привкус во рту.

Солдат пройдёт мимо неё. Он, конечно, настороже - но не настолько. Лучше не пырять, а полоснуть. Размашистого удара на уровне головы будет достаточно, чтобы убить...

... чьего-то сына, брата... парня, который завербовался в армию за шиллинг и первую в жизни новую одежду. Если бы Полли обучили, если бы она провела несколько недель, тыкая мечом в соломенные чучела, и поверила, что все люди сделаны из соломы...

Она застыла. За поворотом тропинки, по-прежнему обвязанная веточками, склонив голову, стояла Уолти. Дозорный увидит её, миновав дерево, за которым пряталась Полли...

Полли поняла, что должна решиться немедленно. Может быть, именно поэтому солдаты убивают. Не для того, чтобы спасти Герцогиню. Или страну.

Ты убиваешь врага, чтобы он не убил твоих друзей, которые, в свою очередь, однажды спасут тебя...

Т.Пратчетт «Пехотная баллада»

@темы: — Так вот что тебе снится.., А где здесь выход?, Литература, красивый образ, не

16:57 

И еще я знаю, что когда твой подлинный цвет рвет тебя изнутри, можно завернуться в десять слоев белого или черного, ничего не поможет. Все равно что пытаться заткнуть водопад носовым платком.©
Он понял, что не сможет объяснить никогда. Опасность была не в незнании. Она была в самом этом слове «наружность», придуманном ими. Они решили — Дом это Дом, а наружность — не то, в чем он находится, а нечто совсем иное. Никто ничего не понимал. Никто ничего не почувствовал, глядя на черные стекла. Лишь он один испугался, когда его захлопнули в ловушке, лишив возможности видеть то, чего не желали видеть они. Лось был самым умным, но и он не понимал их. Бедные дети, судьба жестоко обошлась с ними… Лось верил в это. И тот выпуск мучителей оконных стекол ничему не научил его, хотя перед их уходом Дом пропах влажным ужасом, и Ральф задыхался в его испарениях. Уже тогда ему захотелось сбежать, но он надеялся, что как только этих не станет, все изменится, а с другими все будет иначе, и на какое-то время, совсем ненадолго, это сработало, потому что следующие были еще слишком малы, чтобы всерьез бороться с реальностью. Позже оказалось, что они умеют это не хуже предыдущих, даже лучше, и ему оставалось только следить за ними и ждать. Он считал, что им дают слишком много воли, но на такого рода замечания ему отвечали: «Больные дети!» — и его передергивало от этих слов так же, как их самих, когда они слышали такое. Он наблюдал за ними и ждал.
Пока они не выросли, видоизменяя себя и свою территорию, достигнув возраста, когда полагалось уходить. Те, что были до них — двенадцать попыток самоубийств, пять из них удачные — попробовали притормозить время по-своему. Эти, уходя, вытянули за собой, как в воронку, все, что их окружало; в этот водоворот попал и Лось, считавший их безобидными детьми. Быть может, он все-таки что-то понял, когда было уже слишком поздно.
Ральфу всегда хотелось знать, о чем Лось думал в те последние минуты, если ему хватило времени о чем-то подумать. Они смели его, как песчинку, как обрывок мусора, приставший к ним на бегу. Не нарочно, они любили его, насколько вообще могли кого-то любить, просто им было уже все равно. Когда наступил их Конец Света, один воспитатель ничего не значил. Ни один, ни двое, ни трое не сумели бы их остановить.
Если бы он остался жив после той ночи, он понял бы то, что понял я намного раньше. Мира, куда их выбрасывают, когда им исполняется восемнадцать, для них не существует. Уходя, они уничтожают его и для других.


М.Петросян «Дом, в котором...»

@темы: не, литература, красивый образ, Чужие сны делают нас ближе, М.Петросян

16:43 

И еще я знаю, что когда твой подлинный цвет рвет тебя изнутри, можно завернуться в десять слоев белого или черного, ничего не поможет. Все равно что пытаться заткнуть водопад носовым платком.©
— А ты — брезгливый человек, — сказал Сфинкс.
Я обернулся.
Он смотрел холодными, как лед, глазами.
— Я не брезгливый, — ответил я. — Я нормальный. А ты?
Он прищурился:
— Я — нет.


М.Петросян «Дом, в котором...»

@темы: не, литература, красивый образ, Чужие сны делают нас ближе, М.Петросян

07:31 

И еще я знаю, что когда твой подлинный цвет рвет тебя изнутри, можно завернуться в десять слоев белого или черного, ничего не поможет. Все равно что пытаться заткнуть водопад носовым платком.©
Я смотрел на Лорда и думал о том, что, доводя меня в туалете до истерики, Сфинкс уже знал, что сотворили с Лэри его состайники. И что лучшей гарантии для моей безопасности просто быть не может. Но ничего не сказал. Проверил, способен ли я на стукачество, а потом согласен ли я считаться стукачом в глазах Лэри, которого не особенно уважаю. А может, попутно еще много чего проверил, о чем я даже не догадываюсь. Не случайно меня тогда посетило чувство, что я на экзамене. Это и был экзамен. Я понял, что не скоро ему это забуду. И еще — что никогда никому об этом не расскажу.

М.Петросян «Дом, в котором...»

@темы: не, литература, Чужие сны делают нас ближе, М.Петросян, А где здесь выход?

14:39 

lock Доступ к записи ограничен

И еще я знаю, что когда твой подлинный цвет рвет тебя изнутри, можно завернуться в десять слоев белого или черного, ничего не поможет. Все равно что пытаться заткнуть водопад носовым платком.©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

Записки курящей радугу

главная